As far as I can see.
Мысль, конечно, сыровата пока, но запишу а то проебется, неровен час. Мысль такая: а ведь не получится у нас постичь, каково это - быть Богом, до того момента, пока мы им не станем. Даже в том случае, если абсолютно достоверная информация о будущем попадёт в наши руки.
Ибо низшие ступени кибернетической иерархии в принципе не способны продублировать высшие. Чтобы дотянуться до них, выполнить их функции, простым структурам приходится объединяться в более сложную, которая, понятное дело, получает над ними всеми некоторую власть. Это мягко говоря. Говоря же без обиняков, не чинясь, не тушуясь, дело пахнет потерей индивидуальности.
Тут даже не так важно, в какой момент мы станем считать богосроительство состоявшимся. Возможно, к этому времени мы ещё не покинем своих белковых тел, и стало быть, границы между личностями можно будет провести хотя бы по этому признаку. Но и в таком случае личности эти будут не похожи на нас. То есть, они вберут всебя практически все наше (кроме разве некоторых глюков), но помимо этого в них будет столько всего нового-навороченного, что помоги Господь их родителям.
Подобно тому, как люди древности сооружали тяжеловесные, натужные умственные кострукции из примитивных запчастей, которые нам, с нашим уровнем развития науки, кажутся неоправданно сложными и плохо согласующимися с (опытной) реальностью – подобно этому, наши собственные измышления, которыми мы пытаемся объять феномен коллективного разума, скорее всего, напомнят нашим внукам попытку объяснить астрономические явления, не имея математики, физики, телескопа и на чем писать.
Те мыслительные структуры, которые гнездятся у нас в мозгах сегодня, способны представить грядущее интегрированное существование только по своему месту в нём, подобно тому, как древний крестьянин, возможно, представлял бы наше время в основном по состоянию сельского хозяйства. Да и мы, кстати, тоже с трудом можем вообразить, каково быть древним пейзанином - обычно для этого приходится прибегать к регрессивным психотехникам.
Неудивительно, что наш сегодняшний буколический разум с некоторой опаской смотрит в будущее. Судьба его в руках персонажей, довольно далеких от земледелия и мыслящих такими немыслимимы категориями, что предсказать свое будущее наш землепашец решительно не берется. Картины в его мозгу рисуются самые аппокалиптические: мир, каким он успел егоузнать и полюбить, не уцелеет, да и сам крестьянин если и будет иметь жизнь вечную, то только как часть чего-то огромного и непонятного, безо всякой гарантии соханения милых его сердцу индивидуальных особенностей.
Их, впрочем, и религии сохранять не обещали.
